оно тебе надо?

"Ты хорошо начал, солдат. Жаль, кончил плохо. Повесить"

- Хлудов.

В моём доме, как это обычно бывает, есть домофон. Ещё есть полчища крыс в подвале, но это уже другая история. Так вот, о домофоне. Лет восемь мы жили себе спокойно с исправным домофоном и всё было распрекрасно, но тут приходят дядьки и говорят: «Вы должны заключить договор о пользовании домофоном».

Тут логика с нами попрощалась и выбросилась с шестого этажа. «Но мы и так пользуемся этим дурацким домофоном, зачем нам ещё контракт?». В голову сразу приходит самый логичный ответ «ПОТОМУ ЧТО».

Потому что ребята решили, мол а давайте поржём с людей и заставим их платить заново за то, что у них уже есть. Года два мы жили без домофона, но когда я наломала кучу ключей, выкидывая их из окна друзьям, папа с недовольным лицом позвонил тем самым ребятам.

И вроде хэпиэнд, но хрен там был.

Спустя пару месяцев выхожу из подъезда и вижу, что на место старого домофона уже приваривают какую-то новую дрянь. Угадайте с трёх раз. Государство позаботилось о нас и о нашем старом домофоне и решило заменить его на новый. А потом не очень симпатичный мужик ходил по всем квартирам и говорил «Один ключ мы вам даём бесплатно, а за остальные будьте добры заплатите».

И всё во благо людей, вот только никто не спрашивает, нужно ли это благо этим самым людям. А мы так и живём, ждём, пока нас снова поставят перед фактом.

И самое классное, что между собой мы ведём себя так же. Даже если с благими намерениями. Пытаемся как лучше, а выходит действительно как всегда. Носимся всё, заботимся друг о друге, хотим сделать приятное, и боимся задать себе вопрос «А оно хоть кому-нибудь надо?» И эйфория на инертность сменяется.

Людей надо добиваться, а не добивать.

А благими намерениями все знают, куда дорога. Вот там все и встретимся.

о педофилах и троллейбусах

— Если хотите, вы можете уйти.

— Тогда я, пожалуй, пойду.

— Но учтите — у нас длинные руки!

— Тогда я, пожалуй, останусь…

На днях было. Несу на встречу с Женей только что вычитанную из телефонного  интернета новость – удивить думаю его. «Прикинь, в Австралии арестовали священника-педофила!»

Ответ мне пришёлся слаще любой пощёчины: «Тоже мне, удивила».

А ведь и правда. Как-то мозги мозолит мне, что можно насиловать детей и быть чистым перед небесами. Или эти священники настолько там напросвящались, что их дзены подарили им кольца всевластия? Тогда пропишите мне тоже колечко, я пойду раздавать щелбаны пол

итикам. А если тебе там так плохо, что мозги за грабли закатились, встань и уйди. (Если всевышний простил тебе педофилию, на это он точно не обидится).

Пока я об этом думала, в дверях забитого троллейбуса успел образоваться тромб из какого-то молодого паренька и визгливой ТЁТЕНЬКИ, как называет их Ира. Что бедняга натворил, я не знаю, но визг стоял знатный, причём поносила тётка парня в лучших традициях перехода на личности, доходя до «закрой рот».  Он пытался ей что-то отвечать, но суровый родной менталитет заставил заткнуться в дань «уважения к старшим». Даже если эти старшие в конец охренели (простите). Я ужасная, я не уважаю пожилых людей и блаблабла, но каждый раз ловлю себя на мысли, что никто из моей семьи не позволил бы себе так орать на чужого человека.

Тут всё вроде как идёт к тому, что люди в возрасте – всепоглощающее зло. Но это не так вовсе. Другое дело, что ненормально большая часть белорусов – пенсионеры. Мы стареющая нация, и все правила поведения меньшинству большинством насаждаются. Вот и накапливается злоба в отношении стар-и-млад. Мы «невоспитанные грубияны, которые не знаю истории своей страны». А они «маразматики, оставляющие наследство едва знакомым людям, но не семье». Я уже столько таких историй наслушалась…

У меня вот есть бабушка, которая целыми днями сидит с внуками, помогает детям с кредитами и очень любит рано утром ходить на море. Свою бабулю я буду уважать. А каких-то незнакомых людей, у которых не то что скелеты, а целые захоронения в шкафах, как у тех священников-педофилов,  как и орущих в транспорте тёток – увольте.

Лапшу о беспредельном уважении пора разматывать.

ярмарка

— Какой чудесный бал! — сказал он графу. — Просто не налюбуешься. Чего тут только нет!

— Мысли, — отвечал Альтамира.

Сколько ты стоишь?

Это неважно. Всё равно абсолютно каждый продаётся за хорошее словцо. Жест, вздох, верный образ, чай только с бергамотом, засыпать только засветло.

Сколько ты стоишь?

Покупаешь шубу или красишь волосы в малиновый, обнимаешь всех подряд, строишь из себя второго Шекспира или носишь громадные кольца? Для всех мечешь бисер, не успевая его назад собирать в коробку, так и не оставляя чего-нибудь себе на безделушку. Комплекс полноценности эдакий: мол, я без тебя смогу.

А ты попробуй.

Как ни странно, с людьми та же штука прокатывает, что и с мясом – мамки-няньки были правы – лежалый товар ценится меньше. На ярмарках будто сидишь, ножками качаешь, а мимо тебя проходят чужие люди, сверху вниз глядят и прицениваются, а ты на них учтивостями и завлекаловками сыпешь «а я вырасту и буду королева».

Набор слабоспаянных  мыслей, но главное – я не знала до сих пор людей, которым никто не был нужен. Человеку нужен человек.

Это ведь такое чудное беззаботное чувство, когда ты сам спрыгиваешь с этого прилавка, собираешь свои манатки и идёшь ДОМОЙ.

за тех, кто когда-то был с нами

"Неправда, что всегда надо быть умницей"

- Виан.

Мой организм отторгает зародыши разума даже в виде зубов мудрости. Что на деле очень печально, потому что бо-бо и, в конце концов, придётся РЕЗАТЬ.

Госпожа ангина начала меня отпускать, к этому моменту я изучила все трещины на потолке, пересмотрела два сезона сериала, нашла печатную машинку и передумала, откопала новую книгу, начиталась статей про антибиотики (всё равно почти ничего не поняла) и нажалела себя года на два вперёд. Итог нулевой, в общем.

Зато пока я пюрэшечки ела, а все кругом на голове ходили, потому что сдали сессию, в голове осела мысль, что никто нас нигде не будет ждать. И это правда.

История блудного сына работает только с родителями – ты их дитя, они простят и пригреют. А ты, в свою очередь, возвращаешься, потому что тоже их любишь, так уж вселенскими силами заложено.

С друзьями эта шарманка не сыграет. Нет, они будут негодовать и пытаться узнать, куда ты запропастился. Сначала – потому что друг с друга ржать уже надоело и «вот бы ты как-нибудь забавно покалечился», потом – потому что действительно начнут думать, что вариант с травмами может быть реальным. Это всё голые слова, но потом они узнаЮт, что у тебя, как у грёбаной Мэри  Поппинс, есть другая дверь, куда ты ходишь и где тебе хорошо. Они понимают, что, как дети, плакать и звать назад тупо и бессмысленно, поэтому теплят надежду под  гастритами, а сами занимают головы вечерами в людных и плохо проветренных заведениях, может даже находят себе кого-то нового. Но ты иногда появляешься, мол «привет-как-дела-у-меня-всё-хорошо-я-пойду». А они сидят с лицами, будто овсянку на воде только что ели, и понимают, что стали тебе чужие, как и ты им. И хоть ты гвозди им в глаза засовывай, как раньше уже не будет.

И плохо не когда они злятся или плюются в тебя своей обидой. Плохо – это когда наступает момент, который называется любимым выражением Ярослава:

 «о боже мой, да всем на*рать!»

Занавес.

здесь могло быть ваше поздравление [и оно явно было бы добрее]

Уже 31 декабря, канун выступлений Медведева-Путина-Лукашенко по ящику, сейчас на всех нас начнут сыпаться тонны поздравительных рассылок мол «мы_с_тобой_всегда_были_лучшими_друзьями_счастья_тебе_в_новом_году_уходящий_пусть_уходит_аминь».

Я таких вещей терпеть не могу, но всегда даже стараюсь вежливо отвечать – люди то думают, что делают тебе приятное (ХА-ХА). А звонить тоже геморрой – надо каждому придумывать что-то личное, милое и сокровенное. Иду по пути наименьшего сопротивления – поздравляю тут.

Желаю всем и каждому запомнить этот чёртов 2012ый. Если он удачный и счастливый – почему бы и нет. Если налажал и стыдно – запомнить и никогда больше так не делать. Если налажал и НЕ стыдно – лажать дальше, пока не захочется мыть руки каждый раз, когда смотришься в зеркало. Я в детстве камешек небольшой проглотила, и мне так стрёмно было и стыдно – казалось, все сразу обо всём узнают. А потом я поняла, что не умру от этого и что всем плевать: люди в сериалах даже лампочки себе в попу засовывают, и планета таких носит.

А ещё я хочу попросить подарок у деда мороза (письма я тебе не особо писала, так что выполняй мою волю, старик): хватит говорить о возрасте.

Мы вот уже как-то незаметно для меня перестали быть подростками и стали взрослыми и серьёзными дядьками и тётьками. В транспорте мамаши с детьми для своих чад называют тебя не «лялей» а «тётей». Да пошли вы!

Пиво пить в тёмных барах, работать, ссориться о политике… Моё поколение уже давно взошло на эту ступеньку лестницы, ведущей в циничное полнолетие. Мы уже признаём, что мало кого волнуют дети в Африке, что у родителей тоже есть недостатки и что границы личного пространства всё же существуют и их надо соблюдать, а иначе быть беде.

И за этот год мы все, абсолютно все, нехило изменились. А самое тяжкое – что нам пришлось притираться друг к другу постаревшим как бы заново. И притёрлись, скажем откровенно, не все. Круг вещей, которые поражают, необратимо сузился. Говорят тебе, что у тебя глаза красивые, а ты уже слушаешь это так, будто ничего другого в тебе нет, а не как комплимент. К предательствам даже спокойнее относишься. Даже НТВ уже не смотришь с открытым ртом. И вообще, НТВ не смотришь. И телевизор тоже.

Четыре утра, начинается последний день в году и моё последнее бредо-пожелание: хватит жить по древнейшим поверьям, типа «как новый год встретишь, так его и проведёшь». Я новый год встречу дома, в чистой квартире и с аккуратно накрашенными ногтями. А целый год всё равно буду таскаться неизвестно где с ободранными *красила-пальцы-попала-на-ногти*, а дома меня будут ждать пять чашек на подоконнике, одежда на стуле и захламлённая кровать.

Да воздастся вам.

С якобы праздником.

Чао.

"праздник, который всегда с тобой"

Что ты можешь дать сидящему напротив? Только спичку, которую он либо выбросит, либо зажжёт. И вот, спичка догорает, а вы прощаетесь. Есть люди, которые ищут длиннющие спички, чтобы те горели мирный долгим огоньком. А есть другие – решительные – которые костры вокруг себя разжигают. И все диву даются, как сильно горит: поди, не каждый день такое увидишь.

У меня что ни случай, то костёр. И что ни костёр, то из хвороста.

А если напротив сидит твоя жизнь и смотрит с ухмылкой, выжидающе, мол «что за бред со спичками ты придумала?» А ты говоришь: «Жизнь, мне восемнадцать лет, а на дворе сугробы». Она тебя начинает учить, как надо и как нельзя. А ты вполуха слушаешь, но ощущение такое, будто ты у стоматолога, врач тебе говорит что-то, а ты ответить не можешь – у тебя полный рот прослюнявленной ваты.

В конце концов, выплёвываешь мнимую вату и мямлишь: «Но я уже частично знаю, чего хочу от жизни и даже с кем. Зачем ты заставляешь меня чувствовать какую-то неземную ответственность за всех и вся?» - Смеётся.

«Дала бы знак, намёк, направление, куда мне идти!» - кричишь.

Минуту молчит, две, час…

А потом одевает перчатки, поправляет тёплый воротник и бросает: «Ты говорила, что в судьбу не веришь. Теперь сама себе тропы рисуй, девочка моя».

И снова карабкается тебе на плечи.

в спячку

Да, это то чувство, когда снова зима.

Когда ты представляешь, что где-то далеко в море старый пират лакает из бутылки опротивевший ром, щурится от ледяного ветра, заставляющего глаза ронять тяжёлые мужские слёзы на руки и грудь.

Я обещаю себе не делать несозидательных вещей, чаще улыбаться и говорить людям приятное. Мне приятное не говорят. Мне говорят «Настя, тебе надо выспаться». А я в-ы-с-ы-п-а-ю-с-ь. У нас лекционная неделя была, я раньше одиннадцати утра не поднималась, а выглядеть как орк не перестала. И нет, я не наркоман. И нет, у меня нет проблем со здоровьем.

Мне говорят «Всё будет хорошо». А я и так это знаю. Вот, например, сломался у меня компьютер полностью. Зато остался жив винчестер, на котором сто гигабайт фотографий. Выражаясь языком любителей Поттера, эти 100гб – мой крестраж. Для наглядности.

Мне говорят «Занимайся тем, что тебе интересно». А мне нравится сидеть на лавке со стаканом бергамотового чая, качать ногами и глазеть на прохожих. А ещё слушать людей. Они говорят много интересного. Например, говорят тёплые слова, если тебе холодно, или рассказывают небылицы или истории из жизни. Так я узнала, что в нашем минском оперном театре, где билет стоит столько, сколько-лично-я-бы-наверное-пожалела-на-него, есть столовая. В ней кормят только «по допуску», а суп там стоит две тыщи пятьсот рублей. И это такая же правда, как и то, что станция метро «восток» на севере Минска, а на автовокзале книги стоят в пять раз дешевле, чем в соседнем книжном те же экземпляры.

Мне говорят «Почему Даша никогда не улыбается на твоих фотографиях?» А я говорю, что мне нравятся измождённые лица, особенно её лицо. Тогда мне говорят «Почему ты не сфотографируешь красиво?» А я отвечаю, что это очень красиво. Некрасиво – это мои мешки под глазами.

Мне не спится. Хотя я съела столько конфет, что даже глаза по идее должны были слипнуться, но увы и ах уснуть я не могу.

Поэтому я допиваю холодный чай и передаю привет бабушке, Курту Воннегуту и пирату в море.

 ***Счастья тебе, если ты всё ещё заходишь читать мои побрякушки.